Снег обмену и возврату не подлежит

Ника Родникова. Книга: Снег обмену и возврату не подлежит

Ника Родникова

Из сборника: Новогодние чудеса

– Ой, снег улетает… – прошептал Василек, прижавшись лбом к стеклу.

За окном, подчиняясь неведомой силе, кружились снежинки. Казалось, что кто-то хорошенько встряхнул этот город, как новогодний шар с блестками. Снежные хлопья летели во все стороны одновременно, и если мельком взглянуть за окно, то можно было увидеть обычный «обильный снегопад с сильными порывами ветра», как и обещал на днях прогноз погоды.

Но если присмотреться чуточку внимательнее, проследив путь любой снежинки, то становилось понятно, что это никакой не снегопад, а скорее наоборот. Снег метался за окном, но падать на землю, похоже, не собирался. Порывы ветра подхватывали снежные хлопья и по какой-то безумной траектории уносили вверх в темно-синее небо. То тут, то там в воздухе закручивались небольшие снежные вихри, они сталкивались друг с другом, разбивались о дома, деревья и фонарные столбы, рассыпались снежной пылью. Ветер тут же подхватывал ее, не давая упасть, на доли секунды снежинки зависали в воздухе, и вот уже ветер с новой силой подталкивал их вверх, поднимая все выше. Смотреть на это можно было бесконечно, и маленький Васька уже давно стоял, прилипнув к окну.

– Там не погода, а какое-то безобразие-декабразие! – с порога завопила Юлька, вытряхивая из капюшона целый сугроб прямо на пол в прихожей.

С тех пор как Юлянда записалась в литературный кружок, она находилась в постоянном творческом поиске – придумывала новые слова для выражения новых смыслов. По правде сказать, все было даже наоборот – сначала на Юльчу напали слова и рифмы, а потом уже она записалась в кружок. Надо же было как-то упорядочить этот шурум-бурум у нее в голове.

– Юля, что это такое?! – возмутилась мама, указывая на подтаявший снег посреди коридора. – Словести у тебя нет!

– Слова есть, а совести нет! – подтвердила старшая сестра Дина. – Мы уже пятый час без твоей помощи убираемся, где ты гуляешь?!

– Излишние сугробы в доме лишь усугубляют суету сует, – немного рассеяно заметил папа.

Юлька с любопытством взглянула на отца. Кажется, уже вся семья заразилась ее экспериментами со словами.

Задумчивый пап с разных сторон неуклюже примерялся с пилой к огромной елке, которая в первозданном виде явно не вписывалась в габариты комнаты.

– Мы только что полы намыли, – Диана злобно сунула Юльке швабру с тряпкой. – Убирай теперь сама. Живо!

– Дина?завры в этом доме совсем озверели… На праздники дина?завры особенно дерзки… От злости немножко позеленели… Заботой своей забодать готовы… Девиз дина?завров, – сочиняя на ходу скороговорки, Юля все же вытерла сугробную лужу на полу.

Лужа закончилась раньше, чем юная поэтесса успела досочинить про старшую сестру, которую уже сто лет звала Дина?завром за все хорошее.

– Чокнутая какая-то, – бросила на ходу Диана. – Жертва логопедов!

– Зловисть, однако, не украшает, задумайся всяк Дина?завр об этом…

– Мааам, чего она опять начинает… – как маленькая заныла Дина. – Вытрясите уже у нее из головы лишние слова и буквы!

– Васька, хоть ты меня понимаешь? – обратилась Юля уже к младшему брату. – Капюшон – это же как грузовик, машина с Северного Полюса прибыла на базу и надо было срочно произвести разгрузку…

Василек улыбнулся, но думал он о своем.

– Посмотрите, снег улетает! – уже чуть громче повторил всем малыш.

– Васенька, не говори глупостей, – наконец откликнулась мама, качаясь на стремянке под потолком.

– Мелкий, покажи! – Юля прилипла носом к стеклу рядом с братом.

Несколько секунд она молча созерцала снежную феерию, а потом растерянно повернулась к родителям:

– Но он правда улетает! Снег летит вверх!

Мама достала с антресолей и передавала Дине коробки с елочными игрушками. Папа наконец отпилил лысую верхушку у елки и теперь задумчиво стоял с ней посреди комнаты, не зная куда ее пристроить в этом идеальном, начищенном до блеска предпраздничном мире.

На Васю, Юлю и улетающий снег никто не обращал внимания.

– Экологическая и социальная катастрофа одновременно, – присвистнула Юлька, оценив ситуацию.

– Юля, не свисти в доме! – раздраженно заметила мама, распутывая с Диной в четыре руки бесконечную елочную гирлянду.

В прихожей раздался звонок. Заглянув в глазок, Юлька в изумлении распахнула дверь. А, не, не показалась. На пороге стоял Степка Смирнов с обшарпанной трехколесной тележкой дворника дяди Жоры. В тачке важно восседал Мимимитя – снеговик, которого Юлянда со Степным сварганили на днях во дворе.

– Видела, что в атмосфере творится? – озадаченно спросил Степа, закатывая Мимимитю в нарядную новогоднюю квартиру Ковалевых.

– Юленька, кто пришел? – крикнула из комнаты мама.

– Да это ко мне! – недрогнувшим голосом ответила Юля, машинально освобождая проезд для тележки.

– Снег отзывают с земли в срочном порядке. Слишком много претензий со стороны потребителей. Надо предоставить убежище Мимимите, пока вопрос со снеговиками принципиально не решен, – отрывисто сообщил Смирнов, сгружая снеговика посреди Юлькиной комнаты.

– Степной, ты совсем, что ли? – с некоторым восторгом и на всякий случай шепотом спросила Юля. – Как ты вообще с ним в парадную зашел, у нас же консьержка внизу сидит?

– Юлец, я тебя умоляю, – отмахнулся Смирнов. – Адекватно оценивай ситуацию – конец года все-таки.

– И? – задала исчерпывающий уточняющий вопрос Юлька.

– Ну, народ с елками наперевес, кульками, коробками…У людей в голове годовые отчеты, в руках пакеты с распродажи, в телефоне – скидки, акции, новые заказы…

Юлька быстро протерла грязные следы от тележки в коридоре, пока местный Дина?завр опять не прилетел с инспекцией.

– Ну и нет никому никакого дела до снеговика, едущего на четырнадцатый этаж в тележке. Тем более он же как бы не один был, а со мной все-таки. Тетя Люся – консьержка ваша, похоже, решила, что мы с Димычем к тебе. «Добрый вечер, мальчики!» – так и сказала, как обычно.

Юлька представила эту картину и невольно хмыкнула.

– С нами в лифте мамаша одна ехала с пупсом, как ваш Васька. Малец на нас с Мимимитей глазами хлопает, слова в стишке новогоднем путает, а она ему такая строго: «Гоша, читай с выражением, все как я тебя учила, повторяй за мамой», и он, бедняга, что-то лопочет там про варежки и снегирей. Прикинь, они до девятого этажа доехали, она снеговика так и не заметила.

– Ладно, убедил, – кивнула Юлька. – Чего ты вообще с ним приперся, он же растает дома.

– Ну, на улице сейчас ему опаснее, там же это… Снег отзывают, говорю, – опять напомнил Степка. – Снеговики в опасности, некоторых эвакуируют специальные службы…

– Смирнов, ты заболел, может? – с сочувствием посмотрела на друга Юлянда.

– Ты знаешь, что со снегом творится? – напомнил Степа.

– Ну, «снег улетает», как Василий заметил, это я видела, – согласилась Юльча. – Кто его отзывает? Куда? Почему снеговики в опасности? Какая эвакуация? Что ты несешь?!

– Надо срочно что-нибудь придумать, Мимимитя уже таять начинает, пока ты сто вопросов в минуту задаешь, – заметил Степной.

– Ага, сейчас мы на нем как раз испытаем магическую силу слова, – засуетилась Юлька.

– Чего? – недоверчиво просопел Смирнов.

– Хорошенький он все-таки получился, – Юлянда с умилением поправила на снеговике старую красную кастрюльку в белый горошек. – Мимимимишный такой Жалко даже так с ним… Надеюсь, у него характер от этого не испортится.

– Ковалева, ты чего? – с трудом формулировал мысли Степной.

– Значит, так, будем поддерживать необходимую отрицательную температуру всеми доступными способами, – деловито засуетилась Юлька.

Она обкладывала снеговика открытыми книгами с кислотными обложками.

– Че такое? – поморщился лучший друг.

– Ну Динкины ужастики – леденящие душу истории. Так на обложках написано, я не читала. Но Дианыч во сне от страха вопит после них. Может, сработает.

– Аааа, – задумчиво протянул Степка. – Если «леденящие кровь», то можно… Хотя я думал, ты просто пельменей притащишь из морозилки.

– Пельмени тоже пригодятся, – согласилась Юльча. – Но лучше бы ты свой дневник захватил, вот где ужас-то реальный.

– Да ладно, – хмыкнул Степной. – Давай ему просто новости политические включим на ноуте – пусть стоит, боится, коченеет от страха.

– Ну, это уже совсем жестко, у него от таких потоков информации кристаллическую решетку снега изнутри перекорежит, – вздохнула Юлька.

Но ноут на всякий случай включила.

В комнате заметно похолодало, и лужица вокруг снеговика покрылось корочкой льда.

– Ладно, на голову все-таки пельмени положу и клюкву замороженную, – притащила Юлька из морозилки яркие пакеты с полуфабрикатами. – Мозг все-таки поберечь надо, он даже снеговику еще пригодится.

В Юлькину комнату на цыпочках прокрался Василек.

– Вот еще, – протянул он чашку. – У мамы мороженое выпросил. Клубничное…

– Давай, тоже пригодится, – улыбнувшись, согласилась сестра. – Смотри, сюда пристрою твою чашку, – Юльча надежно замотала мороженку в дырявый шарф Мимимити. – Будет она ему самое сердце согревать, то есть холодить, конечно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *