Маленький Мук

Детские умные часы Elari KidPhone 3G с трекингом, голосовым помощником Алисой от Яндекса, видеозвонком и кнопкой SOS Купить

Вильгельм Гауф. Сказка: Маленький Мук

Вильгельм Гауф

Сказка

В моем родном и горячо любимом городе Никее, жил человек, которого все звали Маленький Мук. Я тогда был еще маленьким, но до сих пор превосходно его помню, потому что однажды именно из-за него отец выпорол меня до полусмерти. Его рост составлял каких-нибудь четыре фута, а возможно, только три, хотя в то время Маленький Мук был уже стариком. Да и фигура у него была весьма странная. На его маленьком и хрупком туловище сидела огромная голова, куда более крупная, чем у прочих людей. Он жил в большом доме один одинешенек и сам себе готовил еду. В городе даже не узнали бы, если бы он внезапно умер, — ведь он выходил из дому всего один раз в месяц. Единственным свидетельством того, что Маленький Мук жив был густой дым, который поднимался в полдень над его домом. Впрочем, иногда по вечерам видели, как он прогуливается по крыше своего дома, хотя издалека могло показаться, что там разгуливает сама по себе его большая голова.

Мы были довольно злыми мальчишками, готовыми поднять на смех и подразнить всякого. Поэтому любой выход Маленького Мука в город был для нас настоящим праздником. Когда приходил срок, мы собирались перед его домом и ждали, когда отворится дверь. Сначала в проеме показывалась большая голова с еще большим тюрбаном, а уж затем появлялась и его тщедушная фигура в потертом халатике, просторных шароварах, подпоясанных широким кушаком, на котором висел длинный кинжал, настолько длинный, что неясно было, торчит ли Мук на кинжале или кинжал висит на Муке. Когда он так выходил, все окрестности оглашались нашими победными воплями, мы бросали вверх шапки и скакали вокруг него как ненормальные. А Маленький Мук в знак приветствия с достоинством кивал нам головой и шествовал по своим делам спокойным, размеренным шагом, шаркая при этом ногами, ибо у него были большие, просторные туфли, каких я ни у кого больше не видел. Мы, мальчишки, бежали за ним и дразнились: «Клопик Мук, клопик Мук!» Была у нас припасена для него и веселая песенка, которую мы распевали в его честь. Звучала она так:

Клопик Мук, клопик Мук!
Дом высок твой, мал ты сам,
В месяц раз выходишь к нам,
Крохотулька боевой
С великанской головой.
Обернись, любезный друг,
И поймай нас, клопик Мук!

Так мы уже не раз развлекались, и, к стыду своему, должен признаться, что я безобразничал больше других. Я часто дергал его за халатик, а однажды наступил сзади на его большие туфли, так что он даже упал. Сначала мне показалось это очень смешным. Но мне стало не до смеха, когда я увидел, что Маленький Мук направился к дому моего отца. Он и правда вошел в дом и пробыл там некоторое время. Я притаился за дверью и увидел, как Мук вышел из дому в сопровождении моего отца, который почтительно поддерживал его за руку и простился с ним у двери со множеством поклонов. На душе у меня было неспокойно. Поэтому я долго оставался в своем укрытии. Наконец голод, которого я боялся больше побоев, заставил меня выйти оттуда, и, смиренно опустив голову, я явился к отцу.

— Ты, я слышал, обидел доброго Мука? — сказал он очень строго. — Я расскажу тебе историю этого Мука, и ты наверняка больше не будешь глумиться над ним. Но сперва и потом ты получишь обычную порцию.

Обычную же порцию составляли двадцать пять ударов, которые он всегда, увы, слишком точно отсчитывал. Поэтому он взял свой длинный чубук, отвинтил янтарный мундштук и обработал меня больнее, чем когда-либо прежде.

Когда счет дошел до двадцати пяти, он велел мне напрячь внимание и рассказал о Маленьком Муке.

Отец Маленького Мука, чье настоящее имя Мукра, был здесь, в Никее, человеком уважаемым, но бедным. Он жил почти так же затворнически, как теперь его сын. Сына он недолюбливал, стыдясь его карличьей внешности, а потому и предоставил ему расти в невежестве. В шестнадцать лет Маленький Мук был еще веселым ребенком, и отец, человек строгий, всегда бранил его за то, что он, которому давно уже следовало бы повзрослеть, все еще так глуп и ребячлив.

Но однажды старик упал, расшибся и умер, оставив Маленького Мука в бедности и невежестве. Жестокие родственники, которым умерший был должен больше, чем смог заплатить, выгнали бедного мальчика из дома и посоветовали ему поискать счастья в мире. Маленький Мук ответил, что он готов отправиться в путь, но попросил лишь платье своего отца, и оно было ему отдано. Отец его был рослый, сильный человек, поэтому его одежды не пришлись впору. Но Мук быстро нашел выход: он обрезал то, что было чересчур длинно, и все надел на себя. Но он, видимо, забыл, что одежды надо и сузить, и отсюда-то и странность его наряда, бросающаяся в глаза и сегодня. Большой тюрбан, широкий кушак, просторные шаровары, синий халатик — все это отцовские вещи, которые он с тех пор и носит. Заткнув за кушак дамасский кинжал отца и взяв палку, он вышел из ворот.

Весело шагал он весь день. Ведь он же отправился искать счастья. Если он видел на земле блестевшее на солнце стеклышко, он непременно подбирал его, веря, что оно превратится в прекрасный алмаз. Если он видел вдали сверкавший, как пламя, купол мечети или блестевшее, как зеркало, озеро, он спешил к ним с великой радостью, думая, что очутился в волшебной стране. Но увы! Вблизи эти миражи исчезали, и слишком скоро его усталость и его урчащий от голода желудок напоминали ему, что он все еще находится в стране смертных. Так шел он два дня, голодая и бедствуя, и уже отчаялся найти свое счастье. Полевые плоды были его единственной пищей, жесткая земля — его постелью. На третье утро он увидел с холма большой город. Ярко сиял полумесяц над его стенами, пестрые флаги играли на его крышах, словно бы подзывая к себе Маленького Мука. Он в изумлении остановился и стал рассматривать город и окрестности.

— Да, там Мук найдет свое счастье, — сказал он себе и, несмотря на усталость, подпрыгнул, — там или нигде.

Он собрал все свои силы и зашагал к городу. Но хотя казалось, что город совсем близко, достиг он его только к полудню. Его маленькие ножки почти вовсе отказывались служить ему, и он часто присаживался в тени пальмы, чтобы отдохнуть. Наконец он добрался до ворот города. Он поправил халатик, повязал покрасивей тюрбан, опоясался еще шире и заткнул за кушак длинный кинжал еще более косо. Затем он стряхнул пыль с башмаков, взял свою палочку и храбро вошел в ворота. Он прошагал уже несколько улиц. Но ни одна дверь не отворялась, никто не кричал, как он это представлял себе: «Маленький Мук, входи, ешь и пей и дай отдохнуть своим ножкам!»

Он с тоской глядел не на первый уже большой и красивый дом, как вдруг одно его окно распахнулось и какая-то старуха, оттуда выглянувшая, нараспев закричала:

Скорее за дело!
Каша поспела.
Пока не остыла,
На стол я накрыла.
Соседи, за дело!
Каша поспела.

Дверь дома открылась, и Мук увидел, что туда направилось много собак и кошек. Он постоял несколько мгновений, не зная, принять ли ему это приглашение. Наконец он собрался с духом и вошел в дом. Перед ним прошло несколько котят, и он решил последовать за ними, полагая, что они знают дорогу на кухню лучше, чем он.

Поднявшись по лестнице, Мук встретил ту старуху, что выглядывала в окно. Она угрюмо посмотрела на него и спросила, что ему нужно.

Читать дальше

Что вы думаете по этому поводу? Напишите, пожалуйста!

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *