Чувства

Глава IX. Чувства

§ 51. Общее понятие о чувствах

Чувством, или эмоцией, называется переживание человеком своего отношения к тому, что он познаёт и делает: к вещам и явлениям окружающего мира, к другим людям и их поступкам, к своей работе, к самому себе и к своим действиям. Удовольствие и неудовольствие, радость и печаль, любовь и ненависть, боевое возбуждение и страх, волнение и спокойствие — всё это примеры различных чувств, или эмоций.

Необходимо с полной ясностью понять различие между чувством и ощущением. В обыдённой речи нередко путают эти слова. Говорят, например: «я чувствую запах», «я ощущаю смутное беспокойство». Оба эти выражения неточны: запах — это ощущение, а смутное беспокойство — чувство. В ощущениях отражаются свойства вещей и явлений, которые существуют независимо от человека. В чувствах человек переживает своё отношение к этим вещам и явлениям. Ощущения говорят о самих вещах, а чувства — о том, как человек относится к этим вещам, какое состояние они вызывают в нём.

Я слышу звук, и он пробуждает во мне радостное чувство. Звук с его высотой, громкостью и тембром, который составляет содержание моего ощущения, существует независимо от меня; если бы я его не слышал, он всё равно существовал бы, и ничего в нём от этого не изменилось бы. Но радость, которую я чувствую, существует только во мне; если бы я не слышал звука, то не могло бы быть и моей радости по поводу него.

Чувства вызываются определёнными объектами и в первую очередь зависят от свойств этих объектов. Поэтому мы говорим о «приятных» или «неприятных» вещах, о «страшных» или «весёлых» рассказах. Однако в чувствах отражаются не самые свойства этих объектов, а наше отношение к ним. Поэтому один и тот же объект иногда может вызвать у разных людей совершенно различные чувства.

Чувство — это переживание человеком своего отношения к той действительности, в которой он живёт, к самому себе и к своей деятельности. Но человек живёт в обществе, и деятельность его — это общественная деятельность. Поэтому и чувства человека имеют общественный характер, определяются его общественным бытием. При любых общественных условиях человек способен испытывать такие чувства, как удовольствие или неудовольствие, любовь или ненависть, радость или гнев. Но то, на что направлены эти чувства, характер их, то, как они переживаются, — всё это определяется общественным бытием человека.

Нельзя отделять чувства от сознания человека, смотреть на них, как на что-то независимое от сознания. Изменяется сознание человека, меняются его взгляды, его убеждения, его мировоззрение — меняются и его чувства.

Изменение всего строя чувств с изменением жизни и деятельности человека, с изменением его взглядов и убеждений — с большой глубиной и тонкостью показано Горьким в романе «Мать». По мере того как Ниловна становится сначала свидетелем, а затем и активным участником революционной работы её сына, Павла Власова, и его товарищей, по мере того как она знакомится с революционерами, людьми, жертвующими собой для счастья рабочего класса, по мере того как ей открываются великие идеи, во имя которых идут эти люди на борьбу с самодержавием, — меняется и весь строй её чувств.

Раньше вся жизнь её была полна одним чувством — страхом; страх этот не оставлял места даже для любви к сыну. «Всю жизнь в страхе жила, — вся душа обросла страхом!» — говорит она. «Побои… работа… ничего не видела, кроме мужа, ничего не знала, кроме страха! И как рос Паша — не видела, и любила ли его, когда муж жив был, — не знаю!»

Теперь для неё открылся мир новых чувств. «Всё другое стало! — говорит она. — Горе другое, радость — другая…» На место страха стала самоотверженная любовь сначала к сыну, затем к товарищам его и, наконец, ко всем трудящимся, за счастье которых они борются.

«Всю жизнь думала об одном — как бы обойти день стороной, прожить бы его незаметно, чтобы не тронули меня только! А теперь обо всех думаю, — может и не так понимаю я дела ваши, а все мне — близкие, всех жалко, для всех — хорошего хочется».

Страх, поскольку он и остался, стал тоже другим: раньше был страх за себя, теперь — за других. «Вся жизнь не такая и страх другой, — за всех тревожно». Но и этот страх всё более вытесняется другим чувством — ненавистью к врагам того дела, за которое борются сын и его товарищи. Во время первого обыска в её доме она чувствовала главным образом страх. Другими были её переживания при втором обыске: «Теперь ей не было так страшно, как во время первого обыска, она чувствовала больше ненависти к этим серым ночным гостям… и ненависть поглощала тревогу».

А когда перед ней открылась возможность самой включиться в революционную работу — переносить на фабрику прокламации, — она впервые за всю жизнь испытала большую возбуждающую радость: «И, чувствуя себя способной исполнить задачу, она вся вздрагивала от радости».

Богатство чувств — необходимое условие высокого и разностороннего развития внутренней жизни. Скудость и бледность чувств налагают на жизнь печать серости и скуки, делают человека бездейственным и незначительным.

Человек, равнодушный и сухой, не может быть настоящим борцом: чтобы бороться, надо любить то, за что борешься, и ненавидеть то, против чего борешься. «…Нельзя победить врага, не научившись ненавидеть его всеми силами души» (Сталин).

Любовь к родине и ненависть к врагу — эти два великих, священных чувства вели на подвиги бесчисленных героев Великой Отечественной войны, давали силы работникам советского тыла беззаветной работой ковать оружие победы.

Равнодушный и сухой человек не может быть и творцом. «…Без „человеческих эмоций“ никогда не бывало, нет и быть не может человеческого искания истины» (Ленин).

Великий учёный И. П. Павлов в своём письме к советской молодёжи, написанном незадолго до его смерти, писал: «Большого напряжения и великой страсти требует наука от человека. Будьте страстны в вашей работе и в ваших исканиях». Это относится и к любой другой области человеческой деятельности. Без пламенной любви к своему делу никогда не бывает творческого отношения к нему. Без энтузиазма и «великой страсти» ни в каком деле не может быть крупных успехов и достижений.

§ 52. Физиологическая основа чувств

У человека, как мы знаем, в основе всех психических процессов лежат нервные процессы, протекающие в коре больших полушарий. Чем же с физиологической стороны отличается чувство от других психических процессов?

Всякий психический процесс — ощущение, восприятие, представление, мысль — получает эмоциональную окраску, т. е. вызывает некоторое чувство, в том случае, когда соответствующий ему нервный процесс распространяется из коры на подкорковые центры: зрительные бугры и другие нервные центры. Здесь находятся, между прочим, и центры, управляющие вегетативной нервной системой. Когда нервное возбуждение захватывает эти последние центры, возникают многочисленные телесные изменения, которые, как мы увидим дальше, характеризуют всякий эмоциональный процесс.

Следует подчеркнуть, что вегетативная нервная система, оказывающая влияние на работу внутренних органов и желез внутренней секреции, подчинена деятельности коры. Говоря о роли головного мозга как высшего отдела центральной нервной системы, И. П. Павлов писал: «…высший отдел держит в своём ведении все явления, происходящие в теле».

Некоторые случаи возникновения и протекания чувств объясняются особенностями нервных процессов при нарушении и, наоборот, поддержании устойчивых, закрепившихся систем связей. Так, рассматривая вопрос об установке и замене динамического стереотипа, И. П. Павлов отмечает: «Мне думается, есть достаточные основания принимать, что описанные физиологические процессы в больших полушариях отвечают тому, что мы субъективно в себе обыкновенно называем чувствами… Здесь — чувство трудности и лёгкости, бодрости и усталости, удовлетворённости и огорчения, радости, торжества и отчаяния и т. д.»

Существенное влияние на возникновение и смену чувств оказывают связи второй сигнальной системы. Опираясь на деятельность второй сигнальной системы, неразрывно связанной с работой первой сигнальной системы и влияющей на деятельность подкорки, человек в состоянии управлять своими чувствами.

§ 53. Выражение чувств

Одна из важнейших особенностей чувств заключается в том, что они изменяют жизнедеятельность организма и выражаются в целом ряде телесных признаков.

Во-первых, они вызывают изменения в работе органов дыхания и кровообращения. При возбуждении, например, пульс ускоряется, дыхание становится быстрее и глубже. При страхе или внезапном потрясении кровь отливает от лица, человек бледнеет. От смущения или стыда люди краснеют. В состоянии гнева одни бледнеют, другие краснеют. Не всегда, конечно, изменения в кровообращении находят внешнее выражение в побледнении или покраснении, но самые эти изменения при сильном чувстве бывают почти всегда. Недаром люди издавна связывают чувства с сердцем и словом «сердце» обозначают эмоциональную сторону психики. Такой смысл имеет слово «сердце», например, в следующих фразах: «Ум с сердцем не в ладу» (слова Чацкого из «Горя от ума»); «Ото всего, что сердцу мило, тогда я сердце оторвал…» («Евгений Онегин», письмо Онегина к Татьяне).

Во-вторых, чувства проявляются в мимике, т. е. выразительных движениях лица, и пантомимике, т. е. выразительных движениях всего тела.

В-третьих, чувства выражаются в интонации и тембре голоса. Одно короткое слово «Что?» в зависимости от интонации, с которой оно произнесено, может выражать самые разнообразные чувства: и негодование, и испуг, и злорадное торжество, и растерянность, и добродушную насмешку. Не меньшее выразительное значение имеет и тембр голоса. По одному тому, как «дрогнет» голос человека, произносящего, казалось бы, совсем спокойные слова, мы иногда замечаем, насколько сильно он взволнован.

К числу наиболее ярких проявлений чувства относятся смех и плач.

Дарвин показал, что некоторые из выразительных движений человека являются остатками тех действий, которые когда-то были целесообразными в жизни наших животных предков. В сильном гневе человек сжимает кулаки, стискивает зубы, тяжело дышит через нос, вследствие чего ноздри расширяются. Все эти проявления, бесполезные у современного человека, ведут своё начало от тех времён, когда гнев у нашего предка был состоянием, предшествующим борьбе, а борьба эта осуществлялась кулаками и зубами.

Это не значит, однако, что все выразительные движения являются в жизни современного человека лишь бесполезным пережитком инстинктивных действий. Они приобрели новую, очень важную функцию — они стали средством общения между людьми. По мимике, пантомимике, по интонации и тембру голоса мы судим о душевном состоянии человека.

Конечно, самым важным средством общения между людьми является речь. Но как раз чувства со всеми их тончайшими оттенками не легко передаются средствами обычной прозаической речи. Каждый человек знает по себе, как трудно описать словами своё настроение. В ходе исторического развития человечество создало другие средства для передачи чувств. Самым тонким и мощным из них является искусство, в особенности же музыка и лирическая поэзия, которые можно назвать настоящим «языком чувств». Но в процессе повседневного общения люди, конечно, не могут пользоваться средствами музыки и поэзии, и тут большое значение приобретают жесты, выражение лица, особенно глаз, и интонация голоса. Простое нахмуривание бровей, чуть заметная улыбка, лёгкое пожатие плечами иногда помогают понять отношение человека к какому-нибудь факту.

Какое значение может иметь в процессе общения такая частность, как выражение глаз, хорошо показано Л. Н. Толстым в описании первой встречи Хаджи Мурата, перешедшего к русским, с наместником Кавказа Воронцовым:

«Выслушав переводчика, Воронцов взглянул на Хаджи Мурата, и Хаджи Мурат взглянул в лицо Воронцова. Глаза этих двух людей, встретившись, говорили друг другу многое, невыразимое словами, и уже совсем не то, что говорил переводчик. Они прямо, без слов, высказывали друг о друге всю истину: глаза Воронцова говорили, что он не верит ни одному слову из всего того, что говорил Хаджи Мурат, что он знает, что он, враг всему русскому, всегда останется таким и теперь покоряется только потому, что принуждён к этому. И Хаджи Мурат понимал это и всё-таки уверял в своей преданности. Глаза же Хаджи Мурата говорили, что старику этому надо бы думать о смерти, а не о войне, но что он, хоть и стар, но хитёр, и надо быть осторожным с ним. И Воронцов понимал это и всё-таки говорил Хаджи Мурату то, что считал нужным для успеха войны».

§ 54. Чувства и познавательные процессы

Источником чувств являются разнообразные объекты действительности, с которыми человек входит в соприкосновение в процессе своей жизни и деятельности. Понятно, однако, что всякий объект может стать источником чувств лишь в том случае, если человек или непосредственно воспримет его, или узнает о нём каким-либо другим путём. Чтобы пережить некоторое отношение к объекту, нужно так или иначе познать его. Поэтому чувства переживаются всегда в связи с теми или другими познавательными процессами: ощущениями, восприятиями, образами памяти или воображения, мыслями и т. д.

Иногда источником чувства являются те свойства предметов (или те процессы в нашем теле), которые мы в данный момент ощущаем. Цвета, звуки, запахи и т. п. могут сами по себе вызывать в нас те или другие чувства. Такое чувство, непосредственно связанное с ощущением, называется чувственным, или эмоциональным, тоном ощущения.

Некоторые виды ощущений всегда имеют чувственный тон. Таковы, прежде всего, болевые ощущения. Под словом «боль» мы обыкновенно разумеем не только самые ощущения (колющие, режущие, рвущие, жгучие, тянущие и т. п.), но и то неприятное или даже мучительное чувство, которое с ними связано. Постоянно связаны с чувственным тоном и органические ощущения. Ощущения жажды, голода, аппетита, сытости, тошноты и т. д. всегда бывают или неприятными или приятными.

Если и не всегда, то по большей части имеют чувственный тон обонятельные ощущения. Как мы уже знаем, большинство людей редко пользуются обонятельными ощущениями для практических целей; обычно нам не приходится узнавать или различать вещи по запаху. Но зато запахи почти всегда имеют эмоциональную окраску, вызывают приятное или неприятное чувство и поэтому оказывают заметное влияние на самочувствие человека.

Чувственный тон ощущения в сильной мере зависит от потребностей, которые испытывает человек в данный момент. Запах пищи приятен для голодного и безразличен или даже противен для сытого. Мороженое приятно в жаркий день и совсем неприятно на холоде.

В других случаях чувства зависят не от самых ощущаемых свойств объектов, а от того значения, которое эти объекты имеют для нас в данной ситуации, от того, о чём эти объекты говорят нам. Один и тот же звук, например, может вызывать самые разнообразные чувства в зависимости от того, какое он имеет значение. Звук артиллерийских выстрелов вызывал чувство тревожного напряжения, когда он говорил о налёте вражеских самолётов, и он же вызывал чувство гордого ликования, когда это был звук салюта, которым столица родины приветствовала доблестные войска Советской Армии.

В некоторых случаях отдельные объекты приобретают для человека очень устойчивую эмоциональную окраску в силу воспоминаний, которые с этим объектом связаны. В этих случаях ярко выступает значение механизма временных связей; какой-либо предмет, связанный в прошлом с данным чувством, может вновь вызывать его. Таким образом, множество нейтральных свойств предметов и явлений становятся возбудителями чувства по общему механизму условного рефлекса. Если в нашей прошлой жизни какой-нибудь запах, цвет или звук был связан с радостным или тяжёлым событием, то связь эта может оказаться настолько прочной, что самый тот запах, цвет или звук впоследствии всегда как бы окрашивается радостным или тяжёлым чувством. Этим часто объясняется, почему человек особенно любит или не любит какой-нибудь запах или цвет.

Иногда, наконец, возникающие в нас чувства не связаны, прямо с тем, что мы в данный момент ощущаем и воспринимаем, а целиком относятся к тому, о чём мы думаем, что вспоминаем и воображаем.

Таким образом, эмоциональную окраску могут иметь не только ощущения и восприятия, но также представления и мысли. Всякий познавательный процесс может вызывать те или другие чувства.

Философы древности Платон и Аристотель высказали одну замечательную мысль: начало философии есть удивление. Это значит, что активная, творческая работа мышления начинается тогда, когда человек не просто столкнётся с чем-то непонятным, рождающим вопрос, но когда он «удивится», т. е. эмоционально загорится этим вопросом, когда непонятное вызовет в нём чувство удивления. Мысль эта подчёркивает роль в процессе познания интеллектуальных чувств, т. е. чувств, непосредственно связанных с мыслительными процессами.

К числу важнейших интеллектуальных чувств относятся наряду с чувством удивления, или изумления, ещё чувство сомнения и чувство уверенности.

Чувство сомнения, возникающее при отсутствии твёрдого доказательства и не позволяющее успокоиться на любом внешне подходящем решении вопроса, заставляет доводить до конца мыслительную работу, несмотря ни на какие трудности, стоящие на её пути.

Чувство уверенности даёт человеку силы бороться за свои убеждения, твёрдо и мужественно отстаивать правоту своих взглядов. Одного бесстрастного знания, что такие-то мысли правильны, недостаточно, чтобы стать подлинным борцом за идею.

Мысль приобретает всю свою силу и остроту только тогда, когда она пронизана глубоким чувством. Никогда не бывало, чтобы большие мысли создавались человеком, равнодушным к предмету своих занятий. Коперник, создатель одного из величайших переворотов в науке, писал, что его астрономические размышления родились из «невероятного чувства подъёма и воодушевления», которое он испытывал «при созерцании и раскрытии чудес неба». Возможно, однако, и противоположное — отрицательное — влияние чувства на мыслительные процессы. Это бывает в том случае, когда мысль подчиняется чувству, теряя при этом свою самостоятельность. Вместо того чтобы взвешивать все «за» и «против» какой-нибудь гипотезы, человек начинает пристрастно подбирать доводы в пользу того решения, на которое его толкает чувство. И мышление перестаёт быть средством познания, а становится орудием оправдания того, что желательно человеку, что его привлекает к себе, что ему приятно.

В жизни всегда возможны ситуации, когда «доводы сердца» оказываются в противоречии с доводами разума, когда, по выражению Чацкого, «ум с сердцем не в ладу». Правильный выход из таких положений никогда не может заключаться в том, чтобы заглушить «голос разума». В последнем счёте решение вопроса всегда должно принадлежать разуму.

§ 55. Чувства и деятельность

Самый сильный источник чувств находится в деятельности человека. Какой бы из основных видов деятельности мы ни брали — труд, ученье, игру, — мы всегда увидим, как много разнообразных чувств возникает в ходе этой деятельности. По отношению к игре это совершенно очевидно: никто не станет по собственной охоте приниматься за какую-нибудь игру, если она оставляет его совершенно равнодушным. Легко понять, однако, что ещё более глубокие, сильные и разнообразные чувства должны быть связаны с трудовой и учебной деятельностями, которые составляют главное содержание человеческой жизни и которыми в значительной мере определяется жизненная судьба человека.

Самый процесс деятельности — трудовой, учебной, игровой — может доставлять наслаждение. Занятие любимым делом всегда является источником радости.

Об этом говорит, например, отрывок из биографии А. Г. Стаханова, рисующий его эмоциональное состояние во время работы в шахте 31 августа 1935 года, в ту ночь, когда он впервые сломал установленные нормы, дав в смену вместо 13–14 т угля 102 т. «Стаханов не чувствовал напряжения. Необыкновенная весёлость охватила его. Ему хотелось петь, ему казалось, что его молоток смеётся от радости и лёгкости».

«Вдруг — кто-то кричит сквозь грохот, что смена кончилась. Этого Стаханов ожидал меньше всего. Он только ещё входил в работу. Кажется, не более часу ещё прошло, ничто не говорило об усталости — ни мускулы, ни молоток, и вдруг — уже шесть часов пролетели!»

Во многих видах деятельности имеются некоторые решающие моменты, от которых зависит результат всей предшествующей подготовительной работы. Сдача экзаменов для учащегося, первое выступление в новой роли для актёра, проведение ответственной, долго и тщательно подготовлявшейся операции для начинающего хирурга — примеры таких решающих моментов. Приближение к этим моментам характеризуется переживанием своеобразного чувства напряжения, всё более и более возрастающего и сменяющегося, когда пройдёт решающий момент, чувством разрешения, освобождения от напряжения. В некоторых видах деятельности можно наблюдать на коротких промежутках времени очень резкую смену чувств напряжения и разрешения. Нигде это не проявляется так ярко, как в боевой обстановке, когда такие короткие и, казалось бы, простые моменты в деятельности, как «своевременно заметить появление противника», «сделать меткий выстрел», становятся в высшей степени ответственными действиями.

Шолохов в одной из глав романа «Они сражались за Родину» даст прекрасное изображение смены напряжения и разрешения, рассказывая о том, как боец Лопахин при отражении атаки пикирующих бомбардировщиков сбил фашистский самолёт.

«Слегка побледневший Лопахин выставив ружьё и крепко упираясь ногой в нижний уступ окопа, тщательно целился… Нет, на этот раз Лопахин не мог, не имел права промахнуться! Он весь как бы окаменел, только руки его, железной крепости руки забойщика, слившись воедино с ружьём, двигались влево, да прищуренные глаза, налитые кровью и полыхавшие ненавистью, скользили впереди тянувшего ввысь самолёта, беря нужное упреждение». После двух промахов Лопахину удалось попасть во вражеский самолёт и сбить его, «и только тогда Лопахин с огромным и радостным облегчением вздохнул, вздохнул всей грудью…

— Вот как надо их бить! — сказал он, раздувая побелевшие ноздри, уже не скрывая своего торжества».

Он «трясущимися руками торопливо свернул папироску, усталый и как-то обмякший, сел на дно окопа, несколько раз подряд жадно затянулся.

— Думал, что уйдёт, проклятый! — сказал он уже спокойнее, но от волнения всё ещё замедляя речь».

Источником разнообразных и очень сильных чувств являются те трудности, без которых не обходится ни одна деятельность.

Отношение к трудностям может быть самым различным. Они могут вызывать чувство неуверенности, растерянности, беспомощности, досады, но могут также быть источником прямо противоположных чувств: уверенности в себе, сознания своей силы, своеобразных переживаний бодрости и возбуждения. Самый процесс преодоления трудностей может быть связан с радостным подъёмом и давать наслаждение, неведомое людям, привыкшим избегать трудностей и уклоняться от борьбы с ними. «Помните, товарищи, — сказал товарищ Сталин на выпуске академиков Красной Армии, — что только те кадры хороши, которые не боятся трудностей, которые не прячутся от трудностей, а наоборот — идут навстречу трудностям для того, чтобы преодолеть и ликвидировать их». Жизнь крупных деятелей большевистской партии, и прежде всего Ленина и Сталина, даёт множество иллюстраций к этим замечательным словам история жизни товарища Сталина, писал французский писатель-революционер Анри Барбюс, — «это непрерывный ряд побед над непрерывным рядом чудовищных трудностей».

Очень различно может переживаться и неудача, неуспех в достижении поставленной цели. У одних людей неудача рождает уныние, печаль, угнетённое и подавленное настроение, тогда как у других она вызывает подъём чувства напряжения и характерное чувство гнева на себя, на свою неумелость, чувство, заставляющее мобилизовать все свои силы и во что бы то ни стало добиться своего. Человек, «рассердившийся» после неудачи, может иногда достичь результата, который упорно не давался ему, пока он был в спокойном состоянии.

Не менее яркие чувства вызываются успехом, сознанием достигнутой цели. Чувства радостного удовлетворения, ликования, законной гордости, облегчения после напряжённых усилий сопровождают обычно окончание большой и трудной работы.

§ 56. Эмоциональная память

Эмоциональная память выражается в запоминании и воспроизведении чувств.

Вспоминая прошлые события нашей жизни, мы не только воспроизводим зрительные образы людей и обстановки, слова, произносившиеся нашими собеседниками, мысли, вызванные в нас этими словами; иногда при таких воспоминаниях в нас оживают и пережитые раньше чувства. Встреча с человеком, который сам по себе безразличен для нас, но с которым связано воспоминание об очень радостном событии нашей жизни, может окрасить весь день в радостное настроение. Мы можем бледнеть при одном воспоминании о давно пережитом страхе или краснеть при простом упоминания а поступке, который в свое время вызвал острое чувство стыда.

Великий русский артист и режиссёр К. С. Станиславский в книге «Работа актёра над собой» пишет: «Раз вы способны бледнеть, краснеть при одном воспоминании об испытанном, раз вы боитесь думать о давно пережитом несчастье, — у вас есть память на чувствования, или эмоциональная память».

А. И. Герцен в качестве эпиграфа к первой части своей знаменитой книги «Былое и думы» взял следующие строки Н. Огарёва:

Когда мы в памяти своей
Проходим прежнюю дорогу,
В душе все чувства прежних дней
Вновь оживают понемногу,
И грусть, и радость те же в ней,
И знает ту ж она тревогу…

Эмоциональная намять является важным условием душевного роста человека. Тот, кто бесследно забывал бы чувство радости и удовлетворения, сопровождавшее совершение благородного поступка, так же как и чувство стыда, вызванное дурным поступком, тот человек имел бы слабое побуждение к новому совершению благородных дел и к воздержанию от дурных.

Значение эмоциональной памяти заключается, кроме того, и в том, что она увеличивает богатство и разнообразие эмоциональной жизни: источником чувств становится не только настоящее, но и прошедшее.

§ 57. Основные качества чувств

Чувства отличаются огромным разнообразием качеств и оттенков. При этом можно отметить одну особенность, отличающую чувства от других психических процессов. Большинство чувств легко сгруппировать в пары, обладающие противоположными качествами: удовольствие — неудовольствие, радость — печаль, веселье — грусть, любовь — ненависть, возбуждение — спокойствие и т. п. Эту особенность называют полярностью чувств. Противоположные эмоциональные качества образуют как бы полюсы, между которыми располагаются всевозможные промежуточные оттенки чувств. Самые эти противоположные качества называются полярными качествами.

Наибольшее значение имеют две пары таких полярных качеств, характеризующих чувства.

Первая из этих пар — удовольствие и неудовольствие. Почти всякое чувство является приятным или неприятным, связано с удовольствием или неудовольствием. Чувством, как мы знаем, называется переживание человеком своего отношения к тому, на что направлено это чувство. Отношение же всегда бывает положительным или отрицательным. Поэтому и чувства имеют положительный или отрицательный характер. В чувствах удовольствия, радости, счастья, веселья, ликованья, любви переживается положительное отношение, тогда как в чувствах неудовольствия, страдания, печали, горя, грусти, отчаяния, ненависти, отвращения — отрицательное отношение.

Очень важно заметить, что в переживаниях человека нередко совмещаются одновременно и положительное и отрицательное отношения, так что одно и то же переживание включает в себя одновременно и удовольствие и неудовольствие. Воспоминание о прошлом счастье приятно, потому что даёт возможность снова хотя бы мысленно пережить это счастье, но оно содержит в себе и грусть от сознания того, что этого счастья уже нет больше. Чувства, связанные с преодолением трудностей, также заключают в себе обычно и положительную и отрицательную стороны. Ведь нельзя назвать преодолением трудностей такое действие, которое не содержит в себе ничего неприятного, тяжёлого, которое доставляет одно лишь удовольствие. Чтобы преодолеть настоящую трудность, приходится пережить немало неприятных, а может быть, и мучительных моментов. Однако для человека, умеющего и любящего бороться с трудностями, и самые тяжёлые моменты связаны с такими чувствами, как бодрость, уверенность в своих силах, радостное и гордое сознание возвышенности тех целей, за которые он борется.

Другая, не менее важная противоположность, или полярность, эмоциональных качеств — это противоположность между активным и пассивным характером чувства. Чувства возбуждения, напряжения, подъёма, бодрости имеют активный характер; чувства покоя, беззаботности, угнетённости, подавленности, уныния имеют характер пассивный. Ярким примером полярности между активным и пассивным характером чувства может служить та смена чувства напряжения чувством разрешения, облегчения, которая сопровождает выполнение решающего действия в ходе какой-нибудь ответственной деятельности.

С этой точки зрения различают чувства стенические (от греческого слова «стенос» — сила), повышающие жизнедеятельность, увеличивающие силу и энергию, и чувства астенические (от греческого слова «астенэс» — слабый, бессильный), понижающие жизнедеятельность и уменьшающие силу и энергию. Бывает бурная, возбуждённая радость, вызывающая прилив сил и жажду деятельности, — это чувство стеническое, но бывает радость тихая, связанная с освобождением от забот и трудов и вызывающая жажду покоя; такую радость можно назвать чувством астеническим. Горе может действовать на человека угнетающе, подавляюще, вести к унылой апатии и бездействию; но может быть мужественная и глубокая скорбь, вызывающая не расслабление, а напряжение всех сил человека.

Очень ярко обнаруживается противоположность между стеническими, активными, и астеническими, пассивными, чувствами в тех эмоциях, которые пробуждает в человеке опасность. Столкновение с опасностью может вызвать у человека тяжёлое, угнетающее чувство астенического характера; это чувство называется страхом. Страх делает человека беспомощным, ослабляет его физические и умственные силы, подавляет его психическую жизнь. Однако столкновение с опасностью вовсе не всегда вызывает страх. Возможна и прямо противоположная реакция на опасность — стеническое чувство, которое можно назвать чувством боевого возбуждения. Оно повышает физические и умственные силы человека, обостряет его сообразительность и находчивость, увеличивает быстроту и точность действий.

«Советский лётчик, — пишет А. Н. Толстой, — никогда не уклонится от боя, и чем ближе к нему опасность, тем злее его сердце, тем расчётливее его движение, тем стремительнее его рефлексы. Это напряжённо-расчётливый восторг боя».

Чувства страха и боевого возбуждения полярны с точки зрения противоположности между пассивным и активным чувством. Но они полярны также и с точки зрения противоположности между неудовольствием и удовольствием. Страх — безусловно отрицательное чувство; он всегда неприятен, а при сильных степенях мучителен. Чувство же боевого возбуждения включает в себя положительные переживания: радость борьбы, гордое сознание своей силы и т. д.

Есть люди, которые в борьбе с опасностью находят величайшую радость жизни. Таков был, например, великий русский полководец Суворов, о котором один из его биографов пишет: «Всякий раз, когда ему приходилось провести несколько лет вне боевой обстановки, он начинал буквально хиреть. Образно выражаясь, он хорошо спал только под грохот пушек. Так было с ним всю его жизнь вплоть до глубокой старости».

Замечательный русский революционер, один из лучших соратников Ленина и Сталина, Яков Михайлович Свердлов говорит в одном из своих писем: «…Борьба людей и с внешними условиями и между собой за господство новых начал жизни полна захватывающего интереса. Принять участие в этой борьбе — огромное наслаждение».

Маркс на вопрос о том, каково его представление о счастье, ответил одним словом: «Борьба».

§ 58. Аффекты

Аффектами называются эмоциональные процессы, стремительно и бурно овладевающие человеком и имеющие характер сравнительно кратковременных вспышек. Таковы, например, взрывы гнева, отчаяния, страха.

Примером аффективной вспышки гнева может служить описанная Л. Н. Толстым реакция Кутузова во время Бородинского сражения на донесение о ходе дел на левом фланге, привезённое ему флигель-адъютантом Вольцогеном. Иностранец Вольцоген, человек глубоко чуждый русской армии и великому патриотическому подъёму, одушевлявшему её, совершенно ложно понимал смысл развёртывающихся боевых действий. Относясь пренебрежительно к русским войскам и их главнокомандующему, он с полупрезрительной улыбкой доложил Кутузову, что все пункты позиции в руках неприятеля и что отбить их нечем, так как войска в полном расстройстве бегут и остановить их нельзя.

— «Вы видели? Вы видели?.. — нахмурившись закричал Кутузов, быстро вставая и наступая на Вольцогена. — Как вы… как вы смеете!.. — делая угрожающие жесты трясущимися руками и захлебываясь, закричал он. — Как смеете вы, милостивый государь, говорить это мне. Вы ничего не знаете… Неприятель отбит на левом и поражён на правом фланге. Ежели вы плохо видели, милостивый государь, то не позволяйте себе говорить того, чего вы не знаете…

Все молчали, и слышно было одно тяжёлое дыхание запыхавшегося старого генерала».

Аффективный характер могут иметь самые разнообразные чувства. Вполне возможна, например, аффективная вспышка радости, картину которой рисует Л. Н. Толстой в «Войне и мире», изображая приезд Николая Ростова с театра военных действий домой: «не успел он добежать до гостиной, как что-то стремительно, как буря, вылетело из боковой двери и обняло и стало целовать его. Ещё другое, третье такое же существо выскочило из другой, третьей двери; ещё объятия, ещё поцелуи, ещё крики, слёзы радости. Он не мог разобрать, где и кто папа, кто Наташа, кто Петя. Все кричали, говорили и целовали его в одно и то же время» «Наташа… прыгала, как коза, всё на одном месте и пронзительно визжала».

Всякое чувство, как мы знаем, изменяет жизнедеятельность организма и выражается в разнообразных телесных симптомах. При аффектах это внешнее, телесное выражение чувства бывает особенно ярким. Обычно оно имеет в аффекте характер двигательного перевозбуждения, проявляясь множеством бурных движений, слов, действий. Но иногда аффект имеет прямо противоположное внешнее выражение — задержку всех движений, полное прекращение всякой активности. Человек может «оцепенеть» от страха, гнева или отчаяния.

В 55 и 56-й главах IV тома «Войны и мира» дано изображение двух аффективных переживаний горя: горе Наташи после смерти князя Андрея и горе старой графини Ростовой после известия о смерти её младшего сына Пети. Резким контрастом к бурной реакции старой графини (она бьётся, кричит, мечется) является «оцепенение» Наташи. «Наташа большую часть времени, одна в своей комнате, сидела с ногами в углу дивана и, что-нибудь разрывая или переминая своими тонкими, напряжёнными пальцами, упорным неподвижным взглядом смотрела на то, на чём останавливались глаза».

Нередко говорят, что в состоянии аффекта человек «теряет голову», «сам себя не помнит», «не сознаёт, что он делает». Это неверно. Только психически больной человек может в припадке бешеного гнева или ярости действительно ничего не сознавать и впоследствии не помнить того, что он в это время сделал. Здоровый человек никогда не теряет сознания и памяти от гнева или другого какого-либо аффекта. Примером может служить герой одного из произведений Л. Н. Толстого, совершивший убийство в состоянии бешеного гнева. Он говорит, рассказывая о своём преступлении: «Когда люди говорят, что они в припадке бешенства не помнят того, что они делают, — это вздор, неправда. Я всё помнил и ни на секунду не переставал помнить». «Всякую секунду я знал, что я делаю».

Столь же ошибочно думать, что в состоянии аффекта человек не может владеть собой и потому не должен нести ответственность за те действия, которые он совершил в это время. Действительно, при сильном аффекте человек иногда теряет власть над собой и совершает поступки, в которых он впоследствии горько раскаивается. Однако причиной этого является не столько сам аффект, сколько недостаток воли, недостаток самообладания. Аффекты вовсе не имеют непреодолимой власти над человеком.

Дав волю аффекту, «отдавшись ему», действительно трудно взять себя в руки и овладеть собой. Но «трудно» не значит «невозможно». Человек с сильной волей сумеет преодолеть эту трудность. Гораздо легче, однако, другое: не давать воли аффекту, не позволить себе «отдаться ему». Чтобы воспрепятствовать аффективной вспышке, надо не дать ей начаться. Существует старинное житейское правило: прежде чем отдаться вспышке гнева, надо мысленно сосчитать до десяти. (Один из героев Чехова, человек очень вспыльчивый, считал в подобных случаях даже до ста.) Тургенев советовал человеку, чрезмерно разгорячившемуся в споре и начинающему терять власть над собой, провести раз десять языком внутри рта, прежде чем вымолвить слово.

Психологический смысл этих очень полезных советов заключается в том, чтобы отсрочить наступление вспышки и тем самым получить время взять себя в руки; кроме того, отвлечение внимания на постороннюю механическую операцию может действовать охлаждающе.

§ 59. Настроения

Чувства обычно бывают направлены на какой-нибудь объект: человек радуется чему-то, грустит о чём-то, сердится на что-то, боится чего-то, любит кого-то. Но наряду с такими чувствами, относящимися к определённым объектам, мы замечаем и другого рода эмоциональные состояния. Мы говорим, что человек находится в радостном, весёлом настроении. Это значит, что он радуется не одному лишь какому-нибудь факту; это значит, что в данное время он вообще склонен к радостным, весёлым чувствам что он может обрадоваться и такой вещи, которая в другое время оставила бы его равнодушным. Когда у человека сердитое, раздражённое, «плохое» настроение, его всё сердит: и трамвай — за то, что своевременно не подходит к остановке, и сосед по трамваю — за то, что неосторожно толкнул его, и газета — за то, что не легко складывается.

Настроением мы называем общее эмоциональное состояние, окрашивающее в течение некоторого времени всё поведение и все переживания человека. Настроение может быть радостным или печальным, сердитым или добродушным, бодрым или вялым, приподнятым или унылым и т. п. Очень часто в основе настроения лежит определённое чувство, вызванное каким-нибудь событием, имеющим для данного человека существенное значение. Неприятное известие, полученное утром, может испортить человеку весь день, создав тревожное или печальное настроение. Серьёзная удача в работе может на несколько дней вызвать радостное, приподнятое настроение. Чувство обладает способностью как бы растекаться или разливаться с того объекта, которым оно вызвано, на другие связанные с ним объекты. В результате и получается то общее эмоциональное состояние, которое называется настроением.

Этот процесс «растекания» чувства, создающий настроение, хорошо показан Л. Н. Толстым в рассказе «После бала». Захваченный любовью к Вареньке Б., герой рассказа во время бала, особенно значительного и счастливого для него, испытывает любовное, восторженное чувство ко всему, что он видит: «Я обнимал в то время весь мир своей любовью. Я любил и хозяйку… и её мужа, и её гостей, и её лакеев… К отцу же её (т. е. к. отцу Вареньки. — Б. Т.), с его сапогами и с ласковой, похожей на неё улыбкой, я испытывал в то время какое-то восторженное, нежное чувство». После бала он не может спать, потому что чувствует себя слишком счастливым. Он выходит на улицу, и чувство счастья, которым он полон, снова окрашивает для него весь мир. «И лошади, равномерно покачивающие под глянцевитыми дугами мокрыми головами, и покрытые рогожками извозчики… и дома улицы… — всё было мне особенно мило и значительно».

Не всегда человек отдаёт себе отчёт в том, что явилось причиной его настроения. Событие, вызвавшее исходное чувство, могло быть внешне мало заметным: замечание, брошенное кем-либо из собеседников, хмурый взгляд, улыбка, показавшаяся насмешливой. Самый факт скоро забылся, но чувство, вызванное им, осталось и создало тревожное, недовольное настроение, которое может казаться беспричинным.

В известной мере настроение зависит от физического самочувствия человека. Сильное утомление, недосыпание, недомогание «понижают» настроение, тогда как здоровый отдых, крепкий сон, физическая бодрость способствуют «поднятию» настроения.

На настроение некоторых людей большое влияние оказывают природа, время года, погода. Пушкин, как известно, из всех времён года больше всего любил осень, когда у него особенно легко создавалось приподнятое, бодрое настроение, вызывающее прилив творческих сил.

Не следует думать, что настроение является пассивным отражением тех внешних условий, в которых находится человек. Люди с богатым содержанием душевной жизни и с сильным характером могут в самых тяжёлых условиях сохранять бодрое, приподнятое и даже радостное настроение. В известной мере сам человек является «хозяином своего настроения».

Прочтите, например, следующий отрывок из письма Якова Михайловича Свердлова. Письмо это Свердлов писал жене из глухого остяцкого селения Максимкин Яр, где он находился в ссылке: «Представь моё положение. В жалкой лачужке, которую трудно и назвать комнатой… с маленькой семилинейной лампочкой, без малейшего намёка на какую-нибудь товарищескую среду… почти без книг, без газет, без писем. А вместе с тем я не унываю, не хандрю… не лишился обычной бодрости, а, пожалуй, и жизнерадостности. Тебе покажется это противоречием. А между тем оно так, как я пишу…»

§ 60. Чувство долга

Чувство долга является важнейшим, центральным в той группе чувств, которые называются моральными чувствами и которые связаны с переживанием человеком своего отношения к другим людям и в особенности к определённым общественным группам: к своему народу, к партии, комсомолу, к своему колхозу, своему заводу, своей школе, своей семье.

В основе чувства долга лежит сознание человеком интересов той общественной группы, к которой он принадлежит, и своих обязательств по отношению к ней. Но одного знания этих интересов и обязательств ещё недостаточно. Чисто рассудочное, сухое знание того, как нужно, как следует поступить, не может явиться основой для развития долга. Оно должно превратиться в сильное и глубокое переживание. Если человек переживает несчастья родины так же остро, как свои собственные несчастья, производственный успех своего завода, как свой собственный успех, удачи своего класса, как свои удачи, — тогда он становится способен переживать свой долг, а не только знать его. Поэтому-то мы говорим о чувстве долга, а не о простом знании его.

Из сознания долга вырастает оценка человеческих поступков как хороших или дурных. Такая оценка всегда связана с сознаванием общественного значения этих поступков и этим по существу отличается от оценки действий как приятных или неприятных.

Оценка своих собственных поступков как хороших или дурных, причём оценка не только рассудочная, но и эмоциональная, называется совестью. Сознание правоты своих поступков — «спокойная совесть» — может доставлять человеку величайшую радость и удовлетворение, давать уверенность в себе и силу противостоять клевете и несправедливым обвинениям. Сознание, что совершён дурной поступок, вызывает «угрызения совести», «муки совести», чувство раскаяния. Голос совести требует в этих случаях действенного исправления совершённого поступка. Если человек никак не выявляет своего раскаяния, уклоняется не только от исправления, но и от открытого признания своей ошибки, у него создаётся то длительное состояние тяжёлого внутреннего беспокойства, которое характеризуется словами «нечистая совесть».

И чувство долга и вытекающая из него чуткая совесть предполагают высокую сознательность человека. Но они предполагают также наличие глубоких и действенных чувств: любви к родине, преданности партии, чувства органической связи со своим коллективом и т. п. При этом условии исполнение долга перестаёт быть тяжёлой обязанностью. Оно становится радостным делом, счастьем в жизни.

§ 61. Индивидуальные различия в области чувств

Различия в эмоциональной стороне психики имеют важнейшее значение для психологической характеристики человека. Чтобы понять человека, надо знать не только то, как он мыслит, как он действует, но и как он чувствует.

Каковы же те особенности чувств, которыми люди различаются друг от друга?

1) Направленность чувств

Самые важные различия в эмоциональной области определяются тем, на что направлены чувства человека, каково содержание этих чувств. В стихотворении «Дума» Лермонтов писал: «И ненавидим мы, и любим мы случайно». Если чувства распыляются на случайные объекты и возникают по случайным поводам, они не могут служить мощным двигателем в творческой работе и жизненной борьбе. Мало того, они могут стать помехой, постоянно отвлекающей человека от основной задачи его жизни, сбивающей его с избранного им пути.

Чтобы разобраться в эмоциональной жизни человека, нужно прежде всего понять, насколько связаны чувства, играющие наибольшую роль в его жизни, с его мировоззрением, основными целями, которые он себе ставит. Нужно понять, принципиально или случайно он любит, ненавидит, воодушевляется радуется, огорчается; понять, вытекают ли его чувства из убеждений, выражающих основную направленность его личности, или же они вызываются впечатлениями данной минуты.

Чувство ненависти, например, может быть и высоким, и мелким в зависимости от того, на что оно направлено. Ненависть к врагам родины — высокое чувство, вдохновляющее человека на подвиги и рождающее героев. Злобное, завистливое чувство к человеку, опередившему меня в соревновании, — чувство мелкое, вызывающее склоки и толкающее на совершение недостойных поступков. Из числа замечательных русских людей прошлого большой принципиальностью чувств отличался Виссарион Григорьевич Белинский. Это был человек с пламенной душой. Особенно поражало современников и создавало ему исключительный нравственный авторитет то, что пламенность его чувств всегда имела принципиальный характер, была абсолютно бескорыстной. «Белинский был… действительно страстный и действительно искренний человек… умевший любить и ненавидеть бескорыстно. Подобного ему человека я не встречал ни прежде, ни после» (Тургенев). В одном из частных писем Белинский говорил о себе: «Природа мало дала мне способности ненавидеть за лично нанесённые мне несправедливости; я скорее способен возненавидеть человека за разность убеждений или за недостатки и пороки, вовсе для меня безвредные».

Замечательным документом, дышащим глубоко принципиальным негодованием, гневом и даже ненавистью, является его знаменитое письмо к Гоголю, вызванное реакционной и вредной книгой последнего «Выбранные места из переписки с друзьями»: «Да если бы вы обнаружили покушение на мою жизнь, — писал Белинский, — и тогда бы я не более возненавидел вас, как за эти позорные строки… Тут дело идёт не о моей или вашей личности, но о предмете, который гораздо выше не только меня, но даже и вас: тут дело идёт об истине, о русском обществе, о России».

2) Глубина чувств

Большое значение для характеристики эмоциональной жизни имеет глубина чувств. Глубоким называют чувство, затрагивающее самые существенные для данного человека стороны жизни, имеющее многочисленные связи с его мыслями, стремлениями и желаниями и отражающееся на всей его душевной жизни.

Не всякое сильное чувство, характеризующееся бурным протеканием и ярким внешним выражением, является чувством глубоким. Увлечение — чувство неглубокое, хотя оно может быть сильным.

Настоящая любовь отличается от увлечения прежде всего своей глубиной. Все аффекты — сильные чувства, но многие из них очень неглубоки. Бурная, но кратковременная вспышка гнева — пример сильного, но неглубокого чувства. Принципиальная ненависть, вытекающая из убеждений человека и определяющая путь его жизненной борьбы, — пример чувства глубокого.

Глубина чувства не связана обязательно ни с бурными переживаниями, ни — тем более — с бурными проявлениями. «Спокойствие часто признак великой, хотя скрытой силы; полнота и глубина чувств и мыслей не допускает бешеных порывов» (Лермонтов, «Герой нашего времени»).

Редкая глубина и сила чувств при крайней сдержанности их внешнего выражения — характерная черта психического облика Ули Громовой («Молодая гвардия»). Неоднократно показывая «огромный мир чувств и размышлений», «цельный скрытный мир подлинных страстей», который жил в этой замечательной советской девушке, А. А. Фадеев, однако, подчёркивает: «Уля была замкнута и только в минуты особенного душевного состояния раскрывала себя». Внутренняя буря и внешнее спокойствие — такой мы видим её, например, с момент вынужденного возвращения в Краснодон после неудачной попытки эвакуироваться: «Всю дорогу она шагала рядом с телегой, молчаливая, будто спокойная, и только эти черты мрачной силы, обозначавшиеся в её глазах, ноздрях, губах, выдавали, какие бури волнами ходили в душе её».

Богатство и содержательность эмоциональной жизни человека зависят не столько от силы, сколько от глубины его чувств. Бывают люди, склонные очень сильно увлекаться и людьми и делами. Но всякое сильное увлечение только тогда получает жизненно важное значение, когда оно переходит в глубокую любовь. Люди, способные увлекаться, но не способные любить, неизбежно остаются поверхностными и пустыми.

3) Устойчивость чувств

В самой тесной связи с глубиной чувств стоит устойчивость их. Глубокое чувство устойчиво и прочно, тогда как неглубокие, хотя и сильные чувства кратковременны и скоропреходящи.

Неустойчивость чувств может иметь две разные формы.

У некоторых людей неустойчивость чувств выражается в форме капризной изменчивости настроения. Такие люди легко загораются чувством по всякому поводу, но так как их чувство не глубоко, то оно столь же легко вытесняется новым, хотя бы и прямо противоположным. Они тревожатся при всяком намёке на опасность, но им достаточно одного успокоительного известия, чтобы тревожное настроение сменилось беззаботным. Они сильно переживают горе, но забывают о нём при первом же радостном впечатлении. Их настроение зависит от любого случайного воздействия.

В других случаях неустойчивость чувств выражается в форме быстрой эмоциональной притупляемости. Многие чувства при частом повторении вызывающих их воздействий слабеют и, наконец, вовсе исчезают. Звуки артиллерийской стрельбы, пугающие человека, впервые попавшего в боевую обстановку, не оказывают уже такого действия на опытных, закалённых бойцов.

Но было бы совершенно ошибочно думать, что все чувства слабеют по мере привыкания к тем воздействиям, которые их вызывают. Чувство, глубоко затрагивающее личность человека, связанное с разнообразными интересами, не ослабевает от повторения. Такие чувства не притупляются. Если человек по-настоящему любит какое-нибудь дело, если оно составляет его подлинное призвание, то, постоянно занимаясь этим делом, он не только не охладевает к нему, а, наоборот, начинает ещё сильнее любить его. Удовольствие, доставляемое хорошей музыкой, усиливается при повторном слушании её. Кто любит и понимает художественную литературу, тот постоянно перечитывает лучшие произведения, и они вследствие этого не перестают нравиться ему и производить впечатление.

Люди, не имеющие глубоких и стойких интересов, ищущие в жизни одних лишь развлечений, быстро ко всему охладевают, так как всякое чувство затрагивает их очень поверхностно. У таких людей развивается сильная эмоциональная притупляемость, а следствием её является скука. К этой категории людей относятся, например, Онегин и Печорин. Последний сам признаёт, что быстрая притупляемость составляет главное несчастье его жизни. «Мне всё мало: к печали я так же легко привыкаю, как к наслаждению, и жизнь моя становится пустее день от дня».

4) Действенность чувств

Под действенностью чувства имеется в виду способность его побуждать человека к действию. В этом отношении эмоциональные переживания людей могут быть очень различны. У некоторых людей чувства являются могучей побудительной силой, у других они мало влияют на поведение. Люди последней категории могут очень сильно переживать какое-нибудь чувство, но это переживание никак не отражается на их поступках. Различия между людьми по степени действенности чувств имеют большое значение, так как чувства важны, главным образом, тем, что они являются движущей силой в человеческом поведении.

Стойкое и глубокое чувство, обладающее очень большой действенной силой, направляющее все помыслы человека и накладывающее отпечаток на всю его деятельность, называется страстью. Страсть захватывает человека и поэтому является большой силой. Любовь к родине, к своему народу, любовь к науке или искусству, становясь страстью, ведёт к совершению подвигов и созданию великих произведений. Но страсть, направленная на мелкие и недостойные цели, становится губительной для человека. Замечательное изображение гибельной силы «злых страстей», порабощающих человека, дано Пушкиным в ряде произведений: «Пиковая дама» (страсть к обогащению), «Скупой рыцарь» (скупость), «Моцарт к Сальери» (зависть, ставшая страстью).

Когда говорят о «страстной любви», «страстной ненависти», «страстном отношении к делу», имеют в виду глубокое, стойкое и очень действенное чувство.

Крайние противоположности с точки зрения действенности чувств представляют, с одной стороны, люди сентиментальные, с другой — люди страстные. Первые пассивно любуются и наслаждаются своими чувствами, много говорят о них, но мало интересуются воплощением их в жизнь. Вторые не говорят о своих чувствах, но живут ими, стремясь перевести их в действие.

Глубокий интерес представляют в этом отношении следующие слова Н. К. Крупской, сказанные ею на II съезде Советов СССР, в ближайшие дни после смерти Ленина:

«Товарищи, за эти дни, когда я стояла у гроба Владимира Ильича, я передумывала всю его жизнь, и вот, что я хочу сказать вам. Сердце его билось горячей любовью ко всем трудящимся, ко всем угнетённым. Никогда этого он не говорил сам, да и я бы, вероятно, не сказала этого в другую, менее торжественную минуту… Это чувство заставило его страстно, горячо искать ответа на вопрос — каковы должны быть пути освобождения трудящихся?»

Вопросы для повторения

1. Что называется чувством, или эмоцией?

2. В чём различие между чувством и ощущением?

3. В чём выражается общественный характер чувств?

4. Какова физиологическая основа чувств?

5. В каких телесных признаках выражаются чувства?

6. Какова связь чувств с познавательными процессами?

7. Дайте характеристику интеллектуальных чувств.

8. Какова связь чувств с деятельностью человека?

9. Что такое эмоциональная память?

10. Перечислите основные качества чувств.

11. Дайте определение понятий: «аффект», «настроение», «страсть».

12. Какие чувства называются моральными чувствами?

13. Что лежит в основе развития чувства долга?

14. Перечислите важнейшие особенности чувств, которые могут характеризовать человека.

Б. М. Теплов. Психология — учебник для средней школы 1951 г.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *